Сухарева башня в Москве была построена родом Брюсов (Явь). Но когда большевики варварски снесли древнюю башню, жители Китежа запечатали и врата навечно. Последний хранитель врат храбро сражался, но был убит красными. Так рассказывают на уроках истории. В секторе Явь замечена подозрительная активность у старых врат. Род Брюсов с тех пор присматривал за своими вратами чисто формально. Чары, что держат врата, очень мощны, их накладывали все князья разом. Но вот, странная активность, что-то рвется в город из Белокаменной. На место вызван Навий корпус, это их юрисдикция. Но дело чересчур необычно. Это сектор Яви, и отбиться от ребят из Явьей рати непросто. В государстве кризис, и Правь не доверяет темным больше обычного, стремясь проконтролировать действия конкурентов на место является и дружина Правь. И тут то ворота и начинают рябить и активность зашкаливает. Все обвиняют друг друга и, кажется, идея прийти к запечатанным вратам в таком количестве была так себе.

КотПелагеяМирославаСоня

Авторский мир, все права защищены.
Все совпадения с реальными историческими событиями не случайны
Система игры - эпизодическая
Время в игре - декабрь 2016
(4791 по местному исчислению)
Дата открытия форума - 07.01.2017

Сегодня всё должно было решиться. Сегодня последний день моей жизни –именно сегодня я должен умереть. На протяжении всего времени, я шептал себе «Это всего лишь реабилитация, ничего больше», я так надеялся, что пройдут две недели, и я окажусь на свободе . Но уже прошло два месяца, а вид за моим окном все такой же, на моих окнах все те же решетки.Читать дальше
гостевая книгасюжетправилазанятые внешностиперсонажиакцииЧаВо

Китеж(град): Подводный город

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Китеж(град): Подводный город » Летопись » Балансировать на грани


Балансировать на грани

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

https://media.giphy.com/media/MvEfTUayUDTLW/giphy.gif
http://iv1.lisimg.com/image/6524768/600full-hannibal-screenshot.jpg

Балансировать на грани
Ольгерд Хладовец, Святослав Державин

год назад, Навий корпус

Очередная стычка с нежитью и отсутствие поддержки со стороны союзников окончательно вывели Ольгерда из равновесия. Он даже не замечал неопасных ран на себе, когда вернулся в корпус. Святослав же не мог отпустить его в таком состоянии и попытался помочь. Но ярость в душе Ольгерда была настолько сильной, что годы тренировки и самопознания Державина полетели к чёрту, и он тоже едва не потерял контроль над эмоциями.

Отредактировано Святослав Державин (2017-02-24 20:40:06)

+2

2

Барин гневаться изволит - примерно так можно было бы описать состояние Ольгерда, размашисто шагающего по коридору в направлении своего кабинета.  Давно Хладовец не был так взбешен: безалаберность коллег из Дружины неимоверно поражала и выводила из себя до состояние "всех убью - один останусь". Лишь усилием воли ведьмак сдерживал бушующую магию, что стремилась вырваться из-под контроля и обрушить пару-тройку зданий - как минимум. Однако учинять разгром собственных казарм - не самое продуктивное времяпрепровождение, да и Георгий Евстегнеевич не обрадуется архитектурным перестановкам.
Предчувствуя беду, навы старались не попадаться на глаза злющему некроманту, поэтому никто не видел несколько пятен, темнеющих на черном кителе, и кровоточащую царапину на щеке. Сам же Олли не обращал внимания на такие мелочи, да и адреналин, бегущий по венам, мешал заметить, что тварь -таки его зацепила. Чуть ли не пинком распахнув дверь кабинета, захлопнул ее с грохотом, оповещая оставшихся в неведении, что шеф нынче не в духе. Ну еще бы, все немногочисленные сотрудники на дежурствах, и тут внезапно Дружина передает срочный вызов - пришлось идти самому. Для полного счастья не хватало нарваться на ламию, что собственно и произошло. Было бы гораздо легче, если бы коллеги хоть классификацию чудища правильно определили, да куда там! Мало того, как работа была сделана, оказалось, вызов не был согласован с руководством и чернокнижнику грозит служебное разбирательство за самоуправство. Пожалуй, тот капитан надолго запомнит удар латной перчатки, стерший наглую ухмылочку - перелом челюсти кретину обеспечен. За такое не грех и пострадать. Слабое подобие справедливости, но что поделать.
Оскалившись, маг оперся ладонями о тяжелый стол: оказывается он так и не снял экипировку. Вдох-выдох, и можно отстегивать снаряжение, ставить оружие на стойки-полки за темную штору. Глава некромантов не хранил свое оружие в арсенале, поскольку оно изготавливалось на заказ и требовало особого ухода и условий содержания.   
Правый кулак врезался в поверхность стола, а левая ладонь накрыла лицо: так нельзя, такое поведение не достойно взрослого человека, руководителя отдела. Тем более, когда отношения между Домами довольно натянуты. Скандал - самое последнее, что нынче нужно темным, а Ольгерд сделал все в лучшем виде, чтобы его создать. Сегодня явно не его день.

Отредактировано Ольгерд Хладовец (2017-02-24 17:23:21)

+2

3

У Державина тоже был свой кабинет.
И это не банальная фраза, с которой мог начаться рассказ об истинном целителе, а напоминание этому самому целителю, что у него есть СВОЙ кабинет, в который тоже хоть иногда нужно заглядывать, чтобы хотя бы пыль на кресле оседала не таким ровным слоем. Но Слава считал (да и не он один), что медику место в медблоке, поэтому Державин и не вылезал оттуда. И лишь к концу дня он смог добраться до своего законного рабочего места и наконец-то отдохнуть, заварив любимый зелёный чай.
Минут пятнадцать Святослав провёл в блаженной тишине и одиночестве. Горячая чашка согревала руки, мысли в голове постепенно становились на место, а силы, потраченные на лечение сегодня, медленно восстанавливались. Но в какой-то момент его накрыло беспокойством. Вот так - на ровном месте. А это не сулило ничего хорошего. Либо рядом кто-то находился сильно не в духе, либо это нав Хладовец вернулся с задания и теперь не в духе все, потому что у этого человека был талант заражать своим плохим настроение всю округу.
Залпом допив уже остывший чай, Слава поднялся, потягиваясь, повертел головой, пытаясь размять шею, но от этого стало только хуже, поэтому он оставил это бесполезное занятие, поставил чашку прямо на рабочий стол, и поплёлся в кабинет Ольгеда, чтобы убедиться, что всё нормально. Потому что чему-чему, а своим ощущениям он привык доверять.
История их знакомства уходила своими корнями уже на несколько десятков лет вглубь времён, точнее, лет 20 назад Святослав, ещё молодой-зелёный практикант, спас жизнь этому невероятному воину. Да, именно так о нём думал Державин с первой встречи. Правда, следующая встреча произошла через пятнадцать или шестнадцать лет, но кто считает? Он сейчас здесь. Помогает людям, благодаря Ольгерду. Он взял на себя ответственность за Державина, за что тот вот уже три года как ему благодарен, и ещё ни разу не подорвал доверие сослуживца, друга...
Суровый Хладовец так и не смог признать открыто, что нуждался в ком-то таком как Святослав. А Слава просто делал свою работу, и в силу своего дара и характера, смог подобраться в Ольгерду-настоящему ближе других коллег, увидеть, что за холодной фамилией был скрыт вполне себе нормальный человек.
Зябко поёжившись, медик пожалел, что оставил халат в кабинете. Эта их униформа, которая Державина до сих пор жутко раздражала, не согревала, особенно когда пронзало холодом изнутри. И это он ещё даже не приблизился к наву Хладовцу, а только поднялся на нужный этаж. Судя по тому, что все сидели по кабинетам, аки мышки в норках, Слава понял, что правильно сделал, что пошёл сюда. Воздух искрил негативной энергией, но никто так и не решился ему ничего объяснить.
У самой двери медик услышал громкий стук, словно что-то упало или ударилось о стол. Рывком распахнув дверь, Слава увидел Ольгерда, явно только вернувшегося с неудачной миссии. Кажется, в данный момент сражение он вёл с собственным столом и, судя по расстроенному виду, проигрывал.
- Олли?
Задавать банальные вопросы необходимости не было, потому что вся гамма чувств и эмоций Хладовца уже накрыла Святослава с головой и он едва удержался на ногах, схватившись на косяк.
- Эй, полегче, - натянуто улыбнулся он, закрывая дверь.
Ему понадобилось несколько бесконечно долгих секунд, чтобы справиться с эмоциональным всплеском и разделить чувства на свои и чужие.
И ещё Святослав его не боялся. Уважал, да, но не боялся, хотя многие именно так относились к их командиру. Окровавленный китель - отлично. Кажется, кое-кто забыл, где находится медблок.
- Олли, ты ранен. Нужно снять это, - Слава шагнул ближе, жестом показывая на испорченную форму. - И сделай пару глубоких вдохов, чтобы я смог сосредоточиться.
Негативная энергия бурлила в комнате и Слава, словно губка, впитывал её всю, и не был уверен, что справится.

Отредактировано Святослав Державин (2017-02-24 20:53:04)

+2

4

Нормальный человек, скрытый за холодной фамилией, нынче был страшнее тысячи бесов, и разил всю округу ядовитым взглядом, переполненным ненавистью. Некроманты были нужны Китежу, вот только город одной рукой это признавал, а другой держал за спиной кинжал, чтобы всадить в шею позволившему себе беспечное доверие обладателю темного дара. Хваленое равенство раз за разом оказывалось мифическим и эфемерным. И это раздражало. Подобная двуличность и лицемерие преследовали Хладовца с самого детства. Возможно, отчужденность не стала психологической травмой, но разделение мира на "мы" и "они" обозначила достаточно четко. Мало кто не вписывался в это довольно-таки категоричное разделение мира, вот их медик, Святослав Державин, вообще с непринужденной естественностью сломал все шаблоны и с удовольствием потоптался на обломках. Этот целитель прямо обожал лезть в самое жесть и жуть, потому что именно там был больше всего нужен. Опасность быть погрызенным темным даром Славу ничуть не пугала, вероятно, он воспринимал подобное как меньшее зло, или вынужденные неудобства.
Вот и сейчас волшебник ворвался в кабинет вихрем свежего ветра, пытающегося разогнать грозовой фронт, упорно генерирующий торнадо и прочие атмосферные непотребства.
- Ты невовремя, - мрачно процедил ведьмак, оборачиваясь и сурово глянув на незваного гостя.
Вот не мог он найти более удачного момента? Человеку со способностями эмпата противопоказано находится к источнику сильных эмоций, коим нынче являлся  нав Хладовец.
- Нав Державин, покиньте помещение и потрудитесь вернуться на свое рабочее место.
Олли должен был сам совладать со своим гневом, а потом, может быть направить письмо с соболезнованиями Дружине. Ну последнее - только если Ойра-Ойра настоятельно рекомендует, а так - перебьются. Только теперь глава отдела заметил, что, оказывается, и впрямь ранен. Сдвинув бумаги, Ольгерд присел на многострадальный стол и отмахнулся от сослуживца.
- Уходи, Слава, - мужчина потер ладонями лицо, более - менее беря под контроль злость, ибо ну при всем желании не мог нав рычать на подчиненного, целитель казался слишком хрупким, чтобы выдержать чужой гнев, - я сам с этим разберусь.
Даже это уменьшительно-ласкательное сокращение имени - только Георгий Евстегнеевич и вот этот невозможный человек себе позволяли подобную вольность. Впрочем, у Святослава многое получалось само собой, с поразительной естественностью - оставалось только смириться, тем более, что отторжения не возникало, наоборот, было в таком общении что-то умиротворяющее. Вот только сейчас подобное - неуместно.

Отредактировано Ольгерд Хладовец (2017-02-25 03:21:01)

+1

5

Иногда Святослав вспоминал годы, прожитые там, за пределами Китежа, на большой земле, как он сам порой говорил. Там не было и половины всех этих проблем, потому что люди не обладали никаким даром, а ещё Славе нравилось, что у многих был очень низкий эмоциональный фон. Живя в горной деревне, он почти не улавливал чужие эмоции, потому что люди были умиротворённые своей нехитрой жизнью...
Но, видимо, Державин в чём-то врал себе, был не до конца честен в своём смирении, потому что он вернулся, нырнул с головой, в буквальном смысле, в круговорот событий и теперь просто не имел права жаловаться на то, что не справляется с эмоциональным фоном. А оттачивать своё мастерство было на ком.
Ольгерд.
И почему ему так нравилось быть занозой в заднице?
Конечно, Слава никогда не спросит этого вслух, а Олли не эмпат, поэтому никогда не почувствует этого раздражения, которое скапливалось внутри днями, которому никогда не было выхода, ведь Святослав не мог себе позволить вот так бить невинный стол. Или мог?
- Нав Державин, покиньте помещение и потрудитесь вернуться на свое рабочее место.
- Моё рабочее место там, где я нужен, - упрямо сдвинул брови Слава. - А если мой командир ранен, я должен оказать ему первую помощь. Даже если он будет сопротивляться.
Последние слова медик произнёс с лёгкой усмешкой.
Разболелась голова. Святослав пока не мог понять - это его боль или Ольгерда? Он подходил ближе, словно пробивался сквозь туман, но он никогда не скажет об этом. Нужно было просто сосредоточиться, говорить что-то, что успокоило бы гнев, бурлящий в них обоих.
- Ты слишком эмоционален, - как можно спокойнее сказал медик. - Может это и помогает в бою, но сейчас - нужно уметь оставлять эмоции на поле боя, иначе однажды ты потеряешь контроль. Поверь, я знаю как это - терять контроль.
Руки чуть подрагивали, когда Державин таки подошёл достаточно близко, чтобы расстегнуть окровавленный китель командира. Да, в медблоке это делать было бы намного логичнее, но загнать Хладовца туда можно было только в бессознательном состоянии, но при этом сам Слава не смог бы там быть. Столько раздражающих ограничений.
Нервно уцепившись за край кителя, Державин опустил голову и сам несколько раз глубоко вдохнул-выдохнул, раз уж Ольгерд этого не сделал. Кажется, немного отпускало.
Глубокие царапины на бледной груди сильно кровоточили. Одежда впитывала кровь, но теперь никаких преград не было и раны снова открылись. Пока Святослав пытался совладать с чужими эмоциями, его командир истекал кровью. И кто в этой комнате был большим эгоистом?
- Не дёргайся, а то могу сделать какую-то хрень, - хмыкнул Слава.
О его способностях разные слухи ходили. Многие - правдивые.
Накрыв ладонью рану, стараясь не касаться её краёв, целитель прикрыл глаза и сосредоточился. Это такое странно чувство, когда ощущаешь как по венам растекается энергия, как она струится из ладоней, сотворяя чудо. А ещё это высасывало жизненные силы, но Святослав давно смирился с этим фактом. Посмотрев затуманенным взглядом на притихшего Ольгерда, он потянулся второй рукой к ране на щеке, которую убрать было намного проще, чем справиться в глубокими царапинами. Но сейчас на груди остались лишь кровавые потёки.
- Теперь я могу уйти, нав Хладовец, - устало, но довольно улыбнулся Слава и повернулся к двери.

+1

6

Попытки выставить вон сотрудника оказались бесполезными, ведь Святослав не менее упрям, нежели сам Ольгерд, но в отличие от ведьмака, его упрямость не агрессивна, а текуча словно вода. И самое забавное, что тактика "не мытьем, так катаньем" отлично срабатывает в отношении Хладовца, которому в принципе и крыть-то нечем обоснованный подход; остается смириться и действительно позволить целителю делать непосредственную работу. Кроме того, колдуну всегда хотелось знать, как ощущают свой дар светлые, что чувствуют, используя силу и насколько важен контроль? Ведь некроманту, чтобы овладеть даром в достаточной мере требуется не менее десятка лет и огромной практики в не самых безопасных и мирных условиях, чтобы доказать обществу, что он безопасен для окружающих. Однако спрашивать об этом у истинных целителей, коих в Корпусе раз-два и обчелся, Ольгерд не решился, посчитав вопрос слишком личным и интерес подобного рода - не самым вежливым. Сами же темные делились такими сведениями только с учениками, может быть с родственниками, вот Хладовец и молчал о своем любопытстве, не отказывая светлым в праве на тайну.
Командир обреченно вздохнул и махнул рукой, дескать делай, что нужно: Кощей очень не любил, когда ему мешают работать, так что справедливости ради стоит не мешать выполнять свой долг другим. Как бы ни было неохотно признать, Державин прав - чернокнижник слишком дал волю эмоциям: так иногда случалось, когда молчаливая непробиваемость гранитной плиты требовала сбросить накопившееся эмоциональное напряжение, Хладный Кай становился подобен стихийному бедствию и предпочитал в основном ни с кем не контактировать во избежания неприятных последствий... вот только Славу об этом то ли никто не предупредил, то ли лекарю были глубоко параллельны заскоки одного конкретного волшебника, и он просто делал то, что умел делать хорошо - врачевал не только тело, но и душу.
- Горячая голова в бою - верная смерть, - вполголоса возразил хозяин кабинета, наблюдая за своим подчиненным и постепенно успокаиваясь, словно Державин распространял атмосферу умиротворения, даже если сам не был в душевном равновесии. Не секрет, что иногда навы отдела напрямую просили успокоить шефа, когда у того было редкостно убийственное настроение, едва узнав о такой удобной особенности новенького целителя.
- Утеря контроля вообще довольно неприятная штука, - мрачно усмехнулся ведьмак, прекрасно осознавая, что в отличие от светлых, темным это грозит достаточно суровым наказанием, вплоть до изгнания, что равносильно смертному приговору. Вот уж у кого нет права на ошибку и второй шанс. Словно каждый некромант спит и видит, как бы пожрать половину Китежа. Чушь!
Очередной всплеск политико-социального недовольства сняло как рукой, когда... руками и сняли, вернее расстегнули потрепанный (несмотря на всю хваленую укрепленную ткань) китель. Выдернутый из неприятных размышлений (от которых толку было менее, чем мизер, лишь еще больше накручивал себя) Ольгерд собирался отстраниться и самолично разделаться с несчастными пуговицами, руки-то не пострадали; но мешать целителю, который нынче борется не столько с неопасными царапинами, сколько с тяжелой, гнетущей и переполненной агрессией атмосферой помещения, не посмел. Славу сейчас лучше не отвлекать, а то может и напутать что-нибудь, или вообще слишком щедро раздать жизненную силу и хлопнуться в обморок. Оно шефу надо? Вот то-то же. Да и смотреть как мужчина работает гораздо интереснее и приятнее, чем продолжать безуспешную борьбу с безмолвной мебелью.
- Не дёргайся, а то могу сделать какую-то хрень.
- Можешь,- слегка кивнул Олли, констатируя факт, а также то, что его это совершенно не беспокоит. Державин уже заслужил доверие и признание, так что выражать сомнения по поводу его стараний - не просто невежливо, сродни прямому обвинению в профнепригодности, а Хладовец не для того в прошлом поручился за лекаря, чтобы теперь отступать.
Касание теплых ладоней к коже, легкое, будто бережное покалывание врачуемых ран, щедро даримое светлое волшебство убаюкивали грозно ворочающуюся тьму внутри, заражая умиротворением. Прикрыв глаза, Ольгерд представил лесное озеро: рябь от брошенного камня утихала, возвращая прозрачную гладь.
- Погоди, - остановил коллегу ведьмак, легонько удержав за плечо, - отдохни немного, а то в медблоке опять на шею сядут и ножки свесят.
Семи пядей во лбу не нужно быть, чтобы знать, что на некромантов светлые тратят гораздо больше сил, хотя бы потому что те не просто залечивают раны, а подпитывают заодно собственную жизненную силу. Кощей не настолько неблагодарная скотина, чтобы отпустить "поргызенного" медика без хоть какой-то компенсации. Кроме того, в отделе, да и в Корпусе подавно, знали о безотказности Державина. А ведь уже конец его смены. Сдвинув тяжелую штору, за которой у стены находилась стойка с оружием, пара шкафчиков с всяческим волшебным хламом разной степени полезности, ларец с мазями и настойками, а также довольно плоский шкаф, Хладовец открыл дверцу последнего и выудил другой китель. Испорченная одежка отправилась в урну и подверглась сожжению - на всякий случай. Огонь хорош против проклятий и прочих неприятных эффектов, так что если униформа сильно пострадала, лучше ее уничтожить подобру-поздорову. 
-  Ты сегодня трезвенник или язвенник? - усмехнулся Олли, застегивая пуговки. Настроение явно улучшилось, даже чувство юмора из гневной спячки вышло, - мне бывший сослуживец презент подогнал, а тут такой повод, прям со смертного одра поднял командира.

Отредактировано Ольгерд Хладовец (2017-03-02 20:28:58)

+1

7

Это забавляло. Те моменты, когда Ольгерд замирал в его руках, доверялся, и наконец-то молчал, позволяя делать свою работу. Державин не был настолько уж бестолковым, чтобы не понимать, что он нарушает субординацию своими действиями, но это всё они уже не раз проходили. Порой командира можно было несколько дней вылавливать, чтобы исцелить, словно это Славе было больше нужно, чем самому Ольгерду, поэтому медик избрал тактику наступления и неповиновения, и пока это ему с рук сходило. Оказалось, что это чуть ли не единственный способ найти подход к наву Хладовцу.
Исцеляя телесные раны, Святослав хотел залечить и раны душевные. Глядя как расправляются складки на лбу его командира, медик чуть улыбнулся. Кажется, получилось. Нет, он не мог исцелять душу, но он мог попытаться помочь обрести покой, зацепиться за какой-то образ, что выдернет человека из пучины гнева и заставит успокоиться. Ольгерд отлично умел это делать сам, просто не делал, даже не пытался, поэтому и получалось у него успокаиваться только в такие моменты, когда Слава вторгался на его территорию и нагло начинал спасать.
Бесконечная борьба.
Иногда настолько нелепая, что они могли потом долго смеяться над своими глупыми попытками переупрямить друг друга.
И на этот раз уйти ему не дали. Слава не так часто оставался. Просто редко он вылавливал командира в его кабинете, чаще всё же удавалось заманить его в медблок.
Уйти ему не дали. Да он никуда и не спешил, просто не хотел, чтобы великий нав Хладовец видел его слабость. Да, он отдохнёт, выпьет чаю и может даже не уснёт сегодня у себя в кабинете, а сможет добраться домой.
- Ещё как свесят, - отмахнулся Державин, но спорить не стал, опустился в кресло у стола и из-под полуприкрытых век наблюдал как Ольгерд сжигает свой китель.
Всё-то ему нужно было делать с пафосом. Отправил бы в утиль, никто бы и не заметил.
Новый китель сидел как влитой. Слава даже залюбовался и почти глаза открыл. Он сейчас на фоне Олли смотрелся сильно потрёпанным.
- Я уже усвоил, что язвенникам и трезвенникам в твоём кабинете не место, - рассмеялся Державин и даже шею вытянул, чтобы увидеть, что там припрятано у мага в потайном шкафчике.
- После нескольких неприятных инцидентов, мне теперь только чай привозят, так что давай, делись, выпьем за спасение.
В присутствии Ольгерда он чувствовал себя немного скованно. Но старался этого не показывать, потому что вся эта наигранная потеря субординации быстро бы вызвала у Хладовца очередную волну раздражения. Нужно было дозировать своё поведение. И Святослав делал это почти идеально, ну, до того момента, пока его силы не иссякали после лечения, или кто-нибудь не подливал в его чай коньячок.
- Моя смена закончилась, - он посмотрел на часы, - час назад. Наливай, а то я либо передумаю, либо усну.
Мужчина потёр ноющие виски, а потом поднял глаза на Ольгерда и всё равно улыбнулся.
- Я в норме.

[AVA]http://s9.uploads.ru/t/rGypC.jpg[/AVA]

+2

8

Совместная работа с этим странным магом (впрочем, сам Хладовец был еще более странным, поэтому в их случае это даже комплимент), выработала некоторые привычки, в частности, обретать умиротворение  в его присутствии, когда Слава чуть ли не в ручную усмиряет бушующие эмоции своего командира. Конечно, Ольгерд в принципе мог и сам совладать с собой, тем более, вполне успешно справлялся и до появления в Отделе и в собственной жизни этого целителя... Но зачем делать то, что можно успешно переложить на чужие плечи, разгрузив тем самым собственные?  Именно поэтому нав позволял Державину вольность, о которой иные и помыслить не могли. Впрочем... по своей воле вряд ли кто вообще бы полез близко к ведьмаку - слишком убийственная у него репутация; а медику хоть бы хны, упрется взглядом, дескать, надо, и ничего тут уже не попишешь.
Привыкший всегда быть начеку, Олли заметил выражение взгляда своего подчиненного, или, что больше подходит, друга, когда предавал огню попорченную одежку. Дело отнюдь не в пафосе, просто если сдать форму официально - придется заполнять акт приема-передачи и получать несколько подписей, а так достаточно служебной записки и дело с концом. Практичность, тщательно пестуемое  мужчиной свойство собственного характера, весьма удобна и изрядно облегчает жизнь. Но вот с делами наконец покончено (на сегодня) можно в кой-то веки расслабиться, только чуть-чуть.
Достав два круглых низких стакана, разлил по ним крепкую травяную настойку и, вручив один  волшебнику, сам рухнул в кресло напротив. Довольно приятный запах напитка обещал крепость и привкус хвои, перемешанный с чем-то особенным, что Олли не смог уловить, хоть и был не самым последним знахарем, и с полезными корешками и прочим растительным был фактически "на ты". Впрочем, бывший сослуживец, коему повезло разделить княжескую кровь, дурным вкусом не страдал и прекрасное ценить умел. Во всех смыслах этого слова, так что содержимое стаканов не должно было посрамить фамилию приславшего. В этом мужчина не сомневался.
- Можешь спать здесь, - буднично пожал плечами чернокнижник, кивнув на диван, на котором и сам нередко дремал после смен, или отлеживался, леча раны. Предмет мебели не раз и не два разделял с колдуном его кошмары и впитал в себя не только ауру, но и кровь хозяина. Предложение однако не являлось ничем постыдным и какой-либо подтекст отсутствовал, ведь иногда подчиненные, а в такие моменты - подопечные, приходили к руководителю за советом, помощью и с просьбой прогнать хоть немного их тьму, развеять чужие страшные сны. Галя, и даже Дарюс, уверяли, что им здесь спокойнее, не смотря на всю репутацию нава, - безопасно. Кем был бы Хладовец, если бы выгнал нуждающегося в помощи собственного сотрудника?
- За непревзойденного медика, - усмехнулся маг, салютуя Славе стаканом.
Крепость напитка достойна похвалы, а вкус спирта успешно маскирует букет хвойных, древесных и травяных ноток. Послевкусие остается на языке полынной горчинкой. Аромат полыни, скромный, не яркий, почему-то всегда ассоциировался с Державиным. Хмыкнув от такого совпадения, хозяин кабинета скептически глянул на коллегу.
- Да брось, на тебе лица нет, и бледность такая, что любой европейский вампир обзавидуется, - обводя донышко стакана кончиками пальцев, мужчина со вздохом продолжил, - тебе бы выходной взять, а то свалишься окончательно и на неделю. Лучше пропусти пару смен. Поверь, Корпус не рухнет, если Святослав Державин поспит подольше.

+1

9

Взяв в руки стакан с настойкой, медик откинулся в кресле и настороженно понюхал напиток. Слава не стал идентифицировать его как коньяк или виски, потому что сразу же уловил целый букет пряных трав. Пригубив, Державин усмехнулся в стакан, а потом не выдержал и рассмеялся.
- Кем бы ни был этот сослуживец, он тот ещё шутник, - никак не мог успокоиться мужчина.
Предложение спать на диване Ольгерда он молча отклонил, как бредовое. Потому что часто Святославу снились беспокойные сны, он мог говорить во сне и даже ходить, не хотелось становиться посмешищем перед чуть ли не единственным человеком, которого он мог называть другом.
- За непревзойденного медика! - повторил Слава и только потом понял, что пьют за него. - Не смущай меня, - отмахнулся он, но всё же потянулся рукой к Хладовцу и легко коснулся его стакана своим.
Настойчивые уговоры поспать немного раздражали.
- Слушай, мне от одной мысли об этом неловко, а если кто меня здесь увидит, начнут болтать ещё лишнее.
Своё смущение Слава постарался скрыть, наклонившись к стакану и снова понюхав содержимое.
- Ты же знаешь, что полынь изгоняет демонов? - уточнил он, прежде чем сделать ещё глоток. - Кажется, что-то ещё верит, что ты не такой плохой, каким пытаешься казаться.
Слава сболтнул лишнего и уже собрался извиняться, когда почувствовал в напитке ещё одну траву. которую редко добавляли в спиртное, но тем не менее свойств своих она не теряла.
- Шалфей? - удивился медик.
На непонимающий взгляд Ольгерда он ответил цитатой из одного из учебников:
- "Шалфей возвращает силы и радость человеку, испытавшему на себе магическое нападение. Помогает восстановить и зарубцевать ауру после обмана и неверности. Способствует открытию новых возможностей самовыражения личности". А ещё он язык развязывает, так что лучше мне не пить, а то я и так слишком много болтаю.
Если бы шалфей и правда был на всё это способен, то Слава бы высадил его вокруг Корпуса двойной стеной, да ещё по кабинетам навешал и каждому сотруднику в чай добавлял. Особенно этому... Он посмотрел на сидевшего напротив Ольгерда.
- Я ещё не настолько устал, чтобы отгулы брать. Ну, - Державин почесал кудрявую шевелюру и залпом допил напиток, - когда уже начинает всё из рук валиться, тогда да, нужно отдыхать, но сейчас я и правда в норме... Чего о тебе не скажешь. Даже сослуживцы тебе дарят настойку из таких сильных очищающих трав, значит, не я один чувствую всю эту негативную энергию, что бушует в тебе, Олли.
Державин поднялся и подошёл ближе к столу, за которым сидел Хладовец. Стакан командира тоже уже опустел, и медик не постеснялся долить ему и себе напитка, а после сел на край стола, не посчитав это верхом наглости, просто хотелось оказаться немного ближе к Ольгерду, чтобы можно было рассмотреть цвет его глаз, когда тот лукаво улыбался.
- Пей, это и правда не только вкусно, но и полезно. Особенно, если тёмной силы в тебе больше, чем светлой. Ха-ха, - почему-то в голове стало легко и Слава уже думать забыл о своей недавней слабости. - Кажется, мою ауру эта настойка тоже подлатала.

Отредактировано Святослав Державин (2017-03-12 13:51:42)

+1

10

- Это точно, - кивнул Ольгерд, отвечая на замечание Державина. Приславший настойку нав был тем еще джокером в колоде карт отдела, впрочем не смотря на хитрожопый характер, другом он был и оставался хорошим, коему и спину повернуть нестрашно, и лишнего сболтнуть - не расскажет. Что тут скажешь - Ойра-Ойра отлично отбирал сотрудников и Хладовец до сих пор этому учился у своего руководителя и наставника. Впрочем, Святослава мужчина по праву считал личным достижением - медик сторицей оправдал оказанное ему несколько лет назад доверие, и это не могло не радовать. Эмоциональное состояние, наконец добравшееся до точки равновесия, поползло вверх вместе с настроением, а разливающийся по телу расслабляющий жар создавал впечатление легкой непринужденности. Олли мог позволить себе быть свободным в собственном кабинете, а вот Слава, кажется, еще не дошел до кондиции и продолжал держать дистанцию, которая почему-то раздражала.
- Даже не думал смущать, друг мой, - усмехнулся мужчина, отпивая крепкий напиток, - ты отличный целитель и хороший человек - достаточный повод для оправданной гордости.
Маг не считал зазорным донести до медика, что действительно о нем думал, тем более, если это было справедливым утверждением, а не пустым комплиментом и прочим политесом, коему Олли так и не смог обучиться, сохраняя изрядную прямолинейность летящего кирпича.
- Темной силы во мне и так больше, чем светлой, -развел руками волшебник, словно извинялся, - это врожденное и ничего ту не сделаешь.
Конечно, были и такие некроманты, что убоявшись своих способностей всю жизнь носили перчатки, блокирующие дар, но разве это жизнь? Жалкое существование вполсилы;таких представителей собственного дома Хладовец негласно именовал усмиренными и не испытывал к оным никакого сочувствия, скорее наоборот - некоторую долю презрения сложно было скрыть даже во взгляде. Было бы несправедливым не заметить, что одно время чернокнижник сам думал о подобных кандалах, но недолго, ведь если отобрать у поляка этот знак-смертельно опасен- что от него останется? Уж точно не Ольгерд Хладовец, коего одновременно и боялись и восхищались им. Останется искалеченный воин, лишенный части собственной сути, а заодно и инстинкта самосохранения. Вряд ли после такого чернокнижник долго проживет. Ведьмак прекрасно осознавал, насколько они с даром связаны, ведь тьма в душе - не только стиль жизни, но и краеугольный камень личности. Лишиться такого, означает потерять себя.
- То, что происходит в моем кабинете - останется в моем кабинете, - заметил волшебник, отпивая обновленный напиток, - иногда тьма  становится слишком... удручающей, и разогнать ее может только истинный целитель, или более сильный некромант, что подавит собственной силой воли, даруя облегчение, дабы вновь собраться с силами и вернуть равновесие в душу. Этот диван видел немало кошмаров, как моих собственных, так и чужих.
Оторвавшись от задумчивого созерцания стакана, мужчина взглянул на переместившегося в пространстве медика.
-Слав, подставить тебя хоть как-то и в мыслях нету, перестань ждать подвоха. У таких, как я друзей раз-два и обчелся, но ценить то, что имеем, это учит изрядно.
Кажется, настойка действительно развязывает язык, так что чернокнижник залпом допил остаток и снова налил себе и Державину; оправдываться уже поздно, да и не собирался Ольгерд этого делать. 
- Не так страшен черт, как его малюют, - тихо хрипловато рассмеялся ведьмак, блеснув теплыми карими глазами и беспечно хлопнул ладонью друга по колену, - с негативной энергией вполне можно ужиться, просто иногда это требует чуть большего напряжения.

+2

11

- То, что происходит в моем кабинете - останется в моем кабинете.
Кажется, спиртное и Ольгерду развязало язык, он сыпал комплиментами, чем всё больше вгонял Державина в краску. А ещё - он назвал его другом. То есть, это не просто Святослав придумал себе заботу об этом несносном человеке, Олли тоже понимал важность их отношений. Такой редкий и непривычный смех Ольгерда отозвался приятным холодком по позвоночнику. Слава чуть удивлённо посмотрел на свой стакан. Что ещё туда намешали, что они оба вдруг так резко изменили поведение.
Стоп. Это же снова эмоции Хладовца? Державин раскрылся настолько, что не смог их блокировать и теперь чувствовал тоже, что и Ольгерд. И это было странно, потому что в этом тёмном по своей натуре маге внутри зарождалось что-то большое и светлое, что заставило Славу замереть в удивлении и даже удержать чужую ладонь на своём колене.
- Ты ЭТО чувствуешь? - ошеломлённо прошептал он, но почти сразу опомнился.
Кажется, это было так глубоко внутри, что Ольгерд не осознавал.
- Извини! Что-то этот нектар открыл все чакры.
Слава попытался улыбнуться, но напряженность всё же скользила в его движениях. Он оглянулся, соображая, как бы сгладить неловкость, чем занять руки и отвлечь голову. Но в поле зрения попал лишь разрекламированный диван, на который он не согласился уйти спать.
- О, садись сюда, - указал он рукой на край. - Давай, давай.  Раз уж всё должно остаться в кабинете, я могу позволить на тебе кое-что попрактиковать.
Ведьмак (как Слава не любил это слово) не сразу понял, чего от него хотят, но всё же переместился на предложенное место и замер в ожидании продолжения.
- Повернись, - Слава тоже опустился рядом на диван, поворачивая Ольгерда спиной к себе. - Пока я залечивал рану, чувствовал в твоём теле столько напряжения. Сейчас посмотрим, насколько я преуспел в массаже.
Идея казалась гениальной до того момента, пока медик не опустил свои ладони на широкие плечи командира. Плотный китель не давал возможности полноценно размять утомлённые мышцы, пальцы скользили по нему, не производя должного давления, тело под ладонями едва ли не звенело от напряжения. И ещё стало душно. Дыхание Святослава участилось, взгляд расфокусировался, он чувствовал внутри нарастающее возбуждение, но опять же не мог понять чьи это эмоции.
- Лучше снять это, - провел он пальцами по открытой шее у самого воротника. - И лечь.
Вместо того, чтобы убрать руки, целитель погладил открытую шею мага, забираясь пальцами в отросшие волосы, а потом не сдержался и уткнулся носом сзади в изгиб шеи, втянул в себя пряный запах, смешанный с пылью и потом, и зажмурился, пытаясь справиться с очередной эмоциональной волной.

+1

12

Княжич, приславший презент, не зря увлекался травничеством и прочими садово- и дикорастущими растениями - настойка оказала более чем благотворное действие и цели своей достигла: Ольгерд давно не ощущал себя настолько свободным и спокойным ,а алкоголь в крови добавлял иллюзорное ощущение вседозволенности. Конечно, последнее было только кажущимся и могло плохо закончится, но Хладовец точно знал, что сейчас не опасен для подчиненного, а еще то, что медик пусть и гибок, но вразумить командира, ежели тот вдруг скажет или сделает лишнего - сможет. А еще ведьмак был уверен, что ничего из их беседы не уйдет дальше стен кабинета, поэтому мог позволить себе откровенность с тем, кого считал другом. И надеялся, не говорил, нет, но предпочитал думать, что не ошибся, и Святослав относится к нему  с той же долей доверия. Чернокнижник не любил быть уязвимым, а лекарю довелось его видел именно таким, слабым, но, кажется, Слава понимал, что акцентировать на этом не стоит. Вот оно, то самое равновесие: колдун не хотел, но мог быть уязвимым, а Державин относился к данному факту как к неизбежному злу и побочному моменту своей работы.
"Что именно?" - хотел спросить нав, но не успел, медик стушевался так быстро, что даже более непробиваемый человек понял бы, что Слава не испытывает желания продолжать мысль. Было бы невежливо заставлять, поэтому мужчина только неопределенно качнул головой, дескать не понимаю, о чем ты, но в принципе это и не важно. 
- О да, отличная настойка, надо будет написать письмо с благодарностью, - подтвердил командир, заинтересованно смерив лекаря взглядом. Последний явно разошелся, то ли заразившись шальным весельем собственного начальника, то ли на него колдовское поило действовало так же, однако глупо отказываться от добровольно предложенного массажа. Тем более, когда подобные позывы изъявляет истинный целитель - настолько редкое явление, что впору заносить в летопись, аки великое чудо.
Посему Олли послушно примостился на многострадальный диван, как велят, и прикрыл глаза в ожидании...чего? К сожалению ответа у некроманта не было, только странные едва уловимые образы, настолько мимолетные, что оставались на уровне ощущений и неясного томления. Впрочем, вскоре ответ был найден и показался изрядно неуместным, но отнюдь не напугал, хотя и удивил самого мужчину. Так что пальцы машинально потянулись к пуговицам кителя, словно голос Державина загипнотизировал ведьмака и сознание расслоилось на несколько уровней, когда понимаешь, что делаешь что-то не то, а также прекрасно знаешь, что потом себя же за это будешь корить, но остановиться - сродни перестать дышать.
Аккуратные касания горячих пальцев обжигали кожу, вызывая  забеги стада мурашек вдоль позвоночника; а чужое дыхание на шее, больше привыкшей к жесткой ткани униформы, чем к даже такой простой ласке, стало последней каплей, и оставив в покое пуговицу расстегнутого кителя, Хладовец плавно повернулся. То ли время замедлилось, то ли натренированные рефлексы еще давали хозяину возможность остановить себя, прекратить, пока не поздно, однако их потуги оказались тщетны. Шершавая, привыкшая держать оружие ладонь скользнула по бледной щеке, украшенной нездоровым румянцем, и дальше, пальцы мягко прошлись касанием по шее и запутались в кудряшках на затылке Славы. Маг склонился ближе к целителю, четко осознав три момента: во-первых, сейчас ему съездят по морде и будут правы; во-вторых, он может потерять друга и оправдаться будет очень сложно; и в-третьих, княжеская настойка редкостно ядреная; и бережно коснулся его губ собственными. Еще не совсем поцелуй, но намерение более чем ясное. На миг мелькнула печальная мысль, что Ольгерд все-таки неисправимая скотина, раз позволил себе так просто порушить достаточно высоко ценимую им дружбу, ради сомнительного удовольствия здесь и сейчас.

+1

13

Что вообще происходило? Святослава бросало то в жар, то в холод и меньше всего он сейчас хотел, чтобы Ольгерд обернулся, с каким-нибудь язвительным вопросом. Державин уже решил, что скажет, что закружилась голова и ли ещё что-нибудь подобное, да просто упадёт в обморок, лишь бы не сгорать от стыда перед этим невероятным мужиком, от плеч которого так сложно было оторвать свои ладони. Но, кажется, маг решил прислушаться к его просьбе и начал расстёгивать китель. Слава чуть отпрянул назад и опустил голову, пытаясь выровнять дыхание да и вообще хоть как-то справиться с эмоциями. Что именно было в той настойке, что его так понесло? Он не уставал задаваться этим вопросом, но вдруг почувствовал руку Ольгерда на своей щеке и поднял глаза в недоумении.
Открыв было рот, чтобы что-то сказать, хотя после всего сказанного ранее оставалось только застрелиться, Слава вдруг был прерван странным поступком Ольгерда. Тот его поцеловал!
О, нет, целителя не то чтобы никто не целовал раньше, но не так, не на службе, не начальник, не мужик в конце-концов...
Первым порывом было отстраниться, сбежать, аки истеричная девица, на чью честь нагло посягнули, но крепкая рука в волосах, горячее сильное тело так близко и бешеное биение сердца - всё это вместе не позволяло пошевелиться, поэтому Слава сделал то, чего не должен был делать ни один адекватно мыслящий человек - зажмурился и ответил на поцелуй, подаваясь ближе к Ольгерду.
Не было обманчивого ощущения, что это так же как целовать девушку, не было чувства контроля над ситуацией, были сухие губы, мощные плечи, чужая вздымавшаяся грудь так близко, что Святослав просто отдался своим ощущениям, хвалёный самоконтроль полетел к чертям и только через бесконечно длинную минуту он попытался отстраниться и отвернулся.
- Это в услуги массажа не входило, - нервно хихикнул он, кажется, у него начиналась истерика. - Снимай китель и ложись лицом вниз.
Всунув в руки Хладовцу диванную подушку, Державин помог ему расстегнуть китель и силой уложил мужчину на диван.
Наверное, от него ждали чего-то другого? А чего ждал сам Слава? Мысли пока находились в полном ступоре, что не помешало ему удобнее сесть рядом с лежавшим на диване магом и провести горячими ладонями по не менее горячей спине. Сейчас он мог не просто рассмотреть бугрившиеся под кожей мышцы, он мог их потрогать, даже сжать, разминая. Особенно напряженной была шея. Слава начал медленно разминать спину Ольгерда, сильно надавливая в нужных местах, чувствуя как постепенно напряжение уходит. Оставив в покое шею, медик плавно переместил ладони на бока, спину, неспешно добрался до талии, и снова поднялся выше, сменив давящие движения поглаживаниями. Когда он закончил делать массаж, поздно вспомнив, что не мешало бы использовать какое-нибудь масло, Державин понял, что успокоился. Сердце больше не норовило выскочить из груди. Словно то, что произошло, было нормальным, правильным.
- Надеюсь, это не сломает нашей дружбы, - тихо сказал он, позволяя Ольгерду подняться.
Смотреть на его обнажённую красивую грудь было невыносимо, потому что хотелось потрогать, приласкать, тем более, что Слава уже касался спины мага, знал, что это очень даже приятно.
- Или нахрен дружбу? - ещё тише спросил он и всё же положил свою ладонь на грудь Ольгерда.

+1

14

Спеши за мной, дыши со мной,
Узнай мою свободу,
Иди, не стой, на запах мой,
Испей меня, как воду.

(с) Мельница - Кицунэ

Касание губ, простое и искреннее, допущенное шальным чувством вседозволенности, разлившимся по горячей крови градусами настойки, длилось бесконечную минуту... а  после Слава попытался отстраниться, чему Хладовец не мешал, лишь принялся мысленно отсчитывать секунды до развязки, которой сам не хотел, но это было логично. Впрочем, логично и Державин - вещи плохо совместимые: секунда... две...три...пять .. удара не последовало; ни костяшек чужих пальцев, врезающихся в скулу, ни грозных слов, ни обличительных ругательств - только мирная попытка справится со смущением. Ольгерд настолько не ожидал подобного исхода, что молча подчинился, устраиваясь, как укладывали.
Ускакавшие в неведомые дали мысли в кой-то веки вернулись в буйную голову и формировали ответы на вопросы по мере того, как мышцы тела расслаблялись под умелыми руками. Выросший в убежище Братства Смотрителей, среди таких же изгоев разной степени психической разбитости, и при первой же возможности сплавленный в Навий Корпус, ведьмак прекрасно помнил, что они творили в молодости всякое, посему для самого чернокнижника поцелуй с представителем своего пола не был чем-то из ряда вон выходящим; а для Державина, скорее всего, был именно такой случай. Впрочем, целитель не особенно сопротивлялся, даже наоборот. Колыхнувшиеся было где-то в глубине нотки паники заглохли на полпути к окончательному осознанию, уступая место более приятным  мыслям на грани дозволенного.
Мышцы расслаблялись под требовательными, неумолимыми касаниям, слабо походившими на ласку, однако дело свое лекарь знал и плавящееся напряжение тому лучшее доказательство. Давно колдун не ощущал себя настолько отдохнувшим, как после неожиданного сеанса массажа. Вновь приняв сидячее, положение, Кощей глянул на друга, обдумывая его слова и пытаясь отыскать более-менее подходящий ответ.
- Не думаю, что этот вопрос стоит решать сейчас, - отозвался мужчина, накрывая его пальцы собственными и мягко поглаживая.
Плавно убрав со свой груди ладонь светлого, Кай накинул китель, не потрудившись застегнуть, и шагнул к столу, чтобы разлить злосчастную настойку по стаканам. Уже не повредит. Вернувшись на диван, сел рядом с подчиненным - плечом к плечу- и протянул другу стакан.
- Попали мы с тобой,  Славка, - коротко рассмеялся нав, всматриваясь в глубину напитка такими же черными глазами, - по самое немогу вляпались.
Сделав большой глоток, Хладовец криво усмехнулся целителю: кто бы мог подумать, что коварные эмоции догонят аж на пятом десятке и от души врежут доской по затылку.
- Другом ты мне все равно будешь, что бы не сделал, а вот нужно ли тебе нечто большее от такого как я - решать тебе, - хлопнув медика по плечу тяжелой ладонью, Ольгерд снова хрипло рассмеялся.
Давить на Державина он не намеревался, а делать выбор за него - это более чем явное неуважение, недопустимое между друзьями, уже хлебнувшими соли и яда на двоих большой ложкой. Некромант опасен для любого, для светлого целителя - опасен вдвойне, так что тут не только вопрос желания, а не меньше, чем дилемма - рискнуть или нет жизнью.

Отредактировано Ольгерд Хладовец (2017-03-19 20:10:01)

+1

15

Сейчас Державин не мог объяснить своё смятение эмоциями человека, сидевшего рядом с ним. Не потому, что Ольгерд сейчас ничего не чувствовал. Ещё как чувствовал. А потому, что чувства самого Святослава зашкаливали настолько, что он перестал улавливать эмоции мага.
Но момент был потерян. Если бы Ольгерд сделал хоть что-то, Слава, наверное, согласился бы на любое продолжение этого странного разговора, но Хладовец и в этой ситуации оправдал фамилию и ушёл разливать по стаканам настойку.
Слава тряхнул головой, словно разгоняя морок, что так непрошено влез в его мысли. Он схватил дрожащими руками стакан с настойкой и залпом осушил его, пока Олли что-то говорил. А когда медик осознал, ЧТО тот говорил, то лишь ошарашенно уставился в пространство перед собой, не решаясь взглянуть на командира.
Это всё настойка. Всё эта дурацкая настойка. Развязала язык... и руки. Боже, он же только что делал массаж, причём так обыденно, словно и не произошло ничего. Почему он так спокоен и до сих пор сидит здесь?
Глаза сами по себе начали закрываться. То ли выпито было слишком много, то ли эмоциональное истощение включило защитную реакцию организма - не важно, но он чётко понимал, что не дойдёт даже до своего кабинета, а остаться здесь после всего...
Подняв осоловелые глаза на Ольгерда, Святослав нервно передёрнул плечами.
- Есть вероятность, что завтра мы всё забудем, - сказал он заплетающимся языком, он чего самому стало смешно. -  Этот твой чудесный напиток,  - он кивнул на стакан Ольгерда, после чего отобрал его и поставил на пол. - Не буду больше с тобой пить. Каждый раз зарекаюсь.
Его вело и он едва держался, чтобы не провалиться в блаженную темноту. Державин так ничего и не ответил по поводу "мы с тобой вляпались", оставив размышления на эту тему для более светлой головы.
- Думаю, я давно всё решил, - всё же нашел силы ответить на последнюю фразу Ольгерда. - Как иначе оправдать то, что я тебя так долго терплю?
Невесело улыбнувшись, Слава ткнулся макушкой в грудь Хладовца и закрыл глаза.
- Я всё же останусь спать здесь, - пробормотал он, после чего обнял Олли за талию, укладываясь на нём поудобнее.
Через секунду он уже мирно спал с полусидячем положении, крепко уцепившись в своего капитана. Как раз был отличный момент, чтобы кто-нибудь ввалился в кабинет и подпортил обоим репутацию. Но Славу это сейчас меньше всего волновало, ему давно уже не было так уютно и спокойно. И зачем кто-то придумал это глупое деление на мужиков и женщин, на тёмных и светлых? Почему их отношения в буквальном смысле были смертельно опасными? Это не придавало никакой изюминки. Это было реальной проблемой. Но не здесь и не сейчас, и точно не для Святослава. Он подумает обо всём завтра.

Отредактировано Святослав Державин (2017-03-26 14:54:04)

+1

16

Смятение смятением, а Слава продолжил удивлять Ольгерда, простым ответом на непростой вопрос с прицелом на будущее. Объятия были желаемы, но слегка неожиданны, что не делало их менее приятными. Дремлющий подчиненный спокоен и умиротворен, так что Хладовец постарался как можно плавнее вернуться в горизонтальное положение, устраивая на себе Державина поудобнее. Как ни крути, а надрались они изрядно, заливая алкоголем эмоции, и отдых требовался обоим. Обдумывание сказанных по нетрезвой лавочке слов маг оставил на другой день, когда разум не будет тонуть в дурмане колдовской настойки, обеспечившей изрядную долю свободы и смелости, которую в ином случае волшебник посчитал бы неуместной и, вероятно, невежливой. Но сейчас пальцы мягко скользили по спине целителя, обрисовывая контуры лопаток спящего сквозь гимнастерку. Хладовец бездумно улыбался уголками губ темному потолку, прекрасно зная, что никто в кабинет не ворвется не только из уважения к частной жизни начальника, но благодаря заведомо активированному заклятию отвода глаз и для верности закрытому на ключ замку. Пройдясь подушечками пальцев по шее мужчины, ведьмак запутался в темных кудряшках на затылке друга и наконец заснул мирным темным сном без кошмаров.
Сон воителя впрочем не был долог, привычно вернувшись из царства Морфея на границе рассвета, когда ночная темень нехотя уступает место первым несмелым лучам солнца, мужчина аккуратно вывернулся и сполз с дивана. Заботливо укрыв медика пледом, привел себя в порядок и стандартно обошел дежурных, стребовав доклады по всей форме. Кощей все помнил и ни о чем не сожалел, хоть от продолжения бы тоже не отказался. Колдуна не тревожила мысль, что его тянет к подчиненному, да еще и мужчине; его больше беспокоило, что для светлого он, как представитель тьмы, опасен и с точки зрения разумности лучшим решением было все прекратить, пока они не перешли к более существенному, более искреннему и близкому. Один при этом явно будет чувствовать себя уязвленным, а второй мучится совестью, что поступил не так, как следует другу и командиру.
Мысли не радовали, в отличие от все еще мирно спящего Славы на диване в кабинете. Кинув взгляд на друга, лицо которого не омрачали проблемы, Хладный Кай включил настольную лампу и принялся за отчеты своих подопечных, чтобы отвлечься  как от дум, так и от желания подойти и поцеловать того, кто доверил ему не только карьеру, но и жизнь с сердцем в придачу. Отмечая ошибки и неточности в документах красными чернилами, Олли решил, что не стоит самому возвращаться к ночной беседе. Если Державин захочет поднять тему, он сам поставит командира перед фактом, а если все это была лишь навеянная настойкой слабость, усталость и чужие неприличные грезы, то лучше пусть все останется еще одной тайной кабинета главы отдела Обрекающих на жизнь. Далеко не самым страшным секретом. Определив для себя схему действия и линию поведения, мужчина улыбнулся просыпающемуся светлому волшебнику и дружески поприветствовал его, ни чем не выдав, что у них было и что могло бы быть. Так лучше. Наверное. Время покажет.

Отредактировано Ольгерд Хладовец (2017-04-09 01:19:10)

+2


Вы здесь » Китеж(град): Подводный город » Летопись » Балансировать на грани


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC